Старик хмыкнул.

— Ну и вот, Маккул, она все рассказала Келли, и это чудовищно!

— Давайте же, старина, выкладывайте, — нетерпеливо подбодрил я.

— Этого жулика, которого она встретила, зовут Джелкович, — произнес сенатор. — Дешевый воришка, надо думать, надувал людей с первого же дня, когда прибыл из Польши на пароходе сорок лет назад. Он продавал все: от мостов до золотых слитков. Последней была афера с мехами на сумму 50 тысяч долларов. Владелец мехов обратился к окружному прокурору, стараясь, как и все эти ублюдки, использовать прокуратуру для возвращения своих денег. Джелло — так зовут Джелковича — срочно собрал деньги, но окружной прокурор и не думал торопиться. По некоторым причинам он намеревался преследовать Джелло как человека уже трижды попадавшегося.

Шеннон бросил на меня быстрый взгляд, желая убедиться в моем нетерпении, но, хотя я действительно изнывал от нетерпения, я притворился в обратном.

— Джелло считает, что его могут бросить под поезд или, может, убьют в тюрьме, поскольку он многое знает, и он воззвал к Молли. Молли выслушала его. Конечно, она не гений, но и не тупица. После каждой встречи она записывала все, что рассказывал Джелло. Это составило целую тетрадь. Она отдала ее Келли, который все отпечатал.

Сенатор взял в руки темно-красную папку.

— Полюбуйтесь.

Я взял застегивающуюся папку, в которой было пятьдесят пять страниц, и стал читать. Дойдя до десятой страницы, я почувствовал, что по спине у меня поползли мурашки.

Шеннон не мог больше ждать и прервал молчание.

— Вот об этой бомбе я и говорил, Маккул. Дальше больше.