— Когда подъехать, сенатор?

— Сейчас.

В трубке послышались гудки.

Шеннон-Билдинг был одной из достопримечательностей Парк-авеню. Он занимал целый квартал района Грэнд-Сентрал: сады, фонтаны и огромная стеклянная дверь с табличкой «Шеннон-Билдинг». Тисненый золотом список предприятий Шеннона занимал половину двери.

Само здание было построено из черного мрамора с алюминиевыми окнами, что доставляло удовольствие фотографам при закате, когда лучи заходящего солнца касались уступа окон и создавали иллюзию черного ствола дерева, охваченного пламенем.

На лифте, в конце коридора, красовалась надпись «Шеннон Вейз Колор, Лимитед». Лизоблюд в красной униформе подозрительно глянул на меня. Мне совсем не понравились его белые вьющиеся волосы и лицо цвета виски, поэтому я попытался проскользнуть мимо. Но он был очень проворен и загородил мне дорогу.

— Да? — спросил он с интонацией епископа.

— К мистеру Шеннону, — ответил я, надеясь, что говорю как кардинал. — Он ждет меня.

Служитель дважды оглядел меня, но решил быть предупредительным.

— Он ждет вас, сэр? — сладким, как крем, голосом спросил он.

— Да, — подтвердил я, — и улыбнись, парень, не гляди так печально.

Я вошел в лифт, нажал на кнопку с надписью «Пентхауз» и оставил мистера Вьющиеся-Волосы стоять с открытым ртом.

Лифт открылся в красивой комнате с толстым ковром на полу, красным, словно свежая кровь. На стенах висели великолепные гравюры в тонких черных рамах, по большей части джентльмены и леди в колониальных костюмах, верхом или танцующие под скрипки. Седая женщина, худая как жердь, пересчитала, кажется, все мои ребра, пока я шел к ее столу. Потом она снизошла до холодной улыбки.

— Да? — произнесла она.

«Миссис Металлический-Голос-По-Телефону», — отметил я. Когда я изложил свое дело, она кивнула, прошептала что-то по телефону, а потом в улыбке продемонстрировала свою верхнюю вставную челюсть.